Состояние у меня подходящее, храброе. Неужели в ней не шевельнутся остатки доброго отношения? Тимирязьев подло бросил меня на песке. Теперь, кроме Кэт, друзей у меня не осталось.
Я хотел было заплакать, но вовремя остановился. А Хренов? Игорь Хренов? Не он ли советовал мне воспользоваться его услугами и опытом, если я надумаю помириться с мадам Колосовой? Вот это действительно трезвая мысль. Первая за этот затянувшийся первый летний день. Неподалеку в кустах заголосил соловей. Я шикнул, и птаха оборвала брачную песнь. Как-нибудь потом, приятель, без меня! Сейчас - время действовать, а не тратить силы на романтические бредни.
Я огляделся. Мне только казалось, что пустота и одиночество окружают меня со всех сторон. Отнюдь - цивилизация была в двух десятках метров. Сквозь ветки призывно сияло зарешеченное окошечко ночного ларька. Я мигом очутился около него и заглянул внутрь. Там, раскинувшись на сигаретных коробках, спал давешний мордастый парень. Я слегка поскреб стекло и, для верности, погромыхал сеткой. Мордастый недовольно просунул свое лицо в амбразуру.
- Ты что, перекупался? - спросил он сонным голосом. - Добавить хочешь?
- У вас жетончика не будет? Позвонить! - взмолился я.
- Ага! А я-то думаю, что это за гора возвышается там, на пляже? - Он осклабился. - Забыли тебя, да?
- Так есть жетон или нет? - нетерпеливо простонал я.
- Нет. - Парень слегка подобрел. - Тут рядом автомат есть. Наберешь номер, а как ответят, звездаиешь кулаком в девяточку!
- Куда-куда?
- В футбол не играешь?! Ну в левый верхний угол. Я всегда так звоню.
В благодарность я купил у мордастого - теперь я бы назвал его круглолицым - бутылку пива. И побежал искать волшебный телефон. Будка и в самом деле обнаружилась неподалеку. Я дрожащей рукой набрал номер Хренова.
- Три часа ночи, между прочим, - сказал Игорь вместо дежурных «алло» или «да».
Я бухнул кулаком в «девяточку» и заорал:
- Игорь, ты меня слышишь?
- Ни фига себе, - изумился тот, - он еще и кричит.
- Я надумал…
- И что вы там надумали, друг мой?
- Насчет Катьки, помнишь?
Хренов помнил.
- В три часа ночи я, конечно, заявлялся. Но только к очень любимым женщинам. Твоя Кэт очень любимая или не очень?
- Очень, очень! - поспешно согласился я.
- Это, конечно, нелепо, но, знаешь, я тебе помогу.
- Спасибо, старина! Меня все бросили… - проныл я, но педагог-бизнесмен невозмутимо оборвал меня:
- Ладно, начнем каникулы. Только неизвестно, может, твоя Катерина нас и на порог не пустит. Я бы на ее месте не пустил. Надо придумать какую-нибудь легенду. Ты, кстати, откуда звонишь?
- С пляжа.
- Уважаю! Может, ты еще и зимой купаешься? Не только ночью?
- Я не купался, а загорал!
- Вот как… - Игорь помолчал а потом спросил: - У тебя деньги есть?
- Подожди, - я отошел к фонарю и пересчитал наличность. - Есть, - ответил я, вернувшись в будку.
- Бери машину. Где встретимся?
Я назвал Катькин адрес.
- По пути что-нибудь придумаю, - голос Хренова звучал не по-ночному бодро и даже весело.
Продравшись через кустарники, я выбрался на шоссе. Завидев фигуру в майке и тренировочных штанах, водители тотчас выворачивали руль и, обогнув меня, поддавали газу. Раз на десятый мне повезло. Это был мусорщик.
- Мне вообще-то не по пути, - заявил водитель, когда услышал, что мне нужно на другой конец Москвы. - Но… - он выразительно посмотрел на меня.
Я поскреб в кармане и вытащил смятые бумажки.
- Это все, что у меня есть!
Он на глаз оценил сумму и открыл дверь с вмятиной.
- Поехали!

Глава 59
Улыбнитесь, джентльмены!

Мусоровоз вырулил во двор мадам Колосовой. В свете фар из-под колес, как зайцы, вынырнула потревоженная влюбленная парочка. Вдалеке показалась знакомая телефонная будка. Давно же я здесь не был!
У будки стоял Хренов и нервно поглядывал на часы. Выглядел он так, будто целое утро готовился к дипломатическому приему. Белоснежная рубашка выглядывала между полами светлого легкого пиджака, из ее ворота чуть высовывался шейный платок непонятного в темноте цвета, в начищенных туфлях отражался свет фар. И этот подбородок! Гладко выскобленный, мужественный. Казалось, что запах лосьона после бритья распространился даже по кабине мусорщика, насквозь пропахшей помойкой. Я потер свои колючки.
- Первый раз вижу, чтобы манекены с витрин сбегали и по дворам разгуливали, - усмехнулся шофер,