На моем сайте черным по белому написано, что именно и как мне стоит присылать.
Но графоманам все по фиг. Каждый день они шлют философско-эротические триллеры с элементами фантастики, мистические одиссеи капитана Пулемета, трактаты «Как нам обустроить Россию (Америку, Евразию, Вселенную и т. п.)» и любовные романы, в которых достоверно выглядят только фамилии авторш. Весь этот полет мысли я безжалостно удаляю, а писателям отправляю вежливый отказ. В коллекцию идут только рукописи о жидомасонском заговоре.
Они похожи друг на друга, как яйца на полке холодильника. Каждая из них начинается с вопроса «Почему везде они?» и заканчивается списком бредовой литературы, опубликованной в полуподвальном издательстве начала 90-х. Список всегда одинаковый.
Пишут все это не кто-нибудь, а лучшие сыны человечества, которые хотят протереть ему глаза. Лучших сынов я временами зачитываю в хорошей компании. Народ ржет до слез.
На письма у литагента уходит полдня: сначала всем ответить, потом свои послания настрочить.
В Индию: «А как там у нас поживает книжечка про таракана Стефана?»
В Японию: «Я понимаю, что вы хотите опубликовать труды физика Гольдштейна, но, во-первых, у Гольдштейна нет трудов, у него есть только несколько статей, а во-вторых, у меня нет самого Гольдштейна: он не отвечает на звонки».
В Нью-Йорк: «Есть отличная книга Соколовой „Второй брак“ – хотите? Из нее вы узнаете, почем фунт лиха на Руси».
В Россию: «Нет, в этом году я не еду на Московскую книжную ярмарку».
Еще в Россию, еще в Нью-Йорк, еще в Чикаго и в Атланту…
Телефон: дзинь!
– Хэлло…
Общаюсь с Кевином. Потом с Мелиской, потом с газонокосильщиками, которым не заплатила на прошлой неделе. Всем обещаю, что нужно, вырубаю телефон и сажусь читать рукописи.
В этот момент начинает мигать ICQ – Артур, клиент, переписал четвертую главу и хочет, чтобы я на нее взглянула.
Пишу: «Артур, солнышко, мне НЕКОГДА. Почитаю, когда напишешь ВСЕ!»
Артур обижается: «Ну я и не прошу тебя читать! Ты только посмотри!» И начинает высылать четвертую главу через ICQ. Кусками.
Я отключаю «аську». Я вообще выключаю все электрическое и иду на террасу сидеть в кресле, пить кофе и ЧИТАТЬ.
В ворота: бум! бум! бум!
– Ну что еще?
На пороге стоит черный парень с кучей цветастых журналов в руках.
– Мэм, мы собираем пожертвования в Фонд помощи молодым дарованиям.
У меня загораются глаза.
– И вы принесли мне их на дом?! Очень мило с вашей стороны.
– Нет… Но…
– Послушайте, молодое дарование – это я. Вы хотите мне помочь – замечательно, давайте сюда пожертвования и валите. Мне НЕКОГДА!
Денег мне не дают. Вспоминаю, что мне на счет должны прислать 500 долларов за только что проданную азбуку. Включаю компьютер, проверяю – хрена! Звоню в издательство:
– Где?
Мне отвечают, что завтра все будет, тысяча извинений. Только кладу трубку – дзинь! Менеджер газонокосильщиков:
– Где деньги?
– Завтра все будет. Тысяча извинений.
Мне все надоели, я беру свежий номер Book Review, иду в ванную и узнаю, что в свет вышла обалденная книжка про Китай. Полчаса думаю, в какое бы российское издательство ее можно пристроить… Топлю газету в ванной. Чертыхаюсь, злюсь и в очередной раз клянусь не читать у воды.
На часах 8 вечера. День прожит, к смерти ближе.


Generation Икс (мемуары)


[1973 г.]

К семи годам я поняла, что цель моей жизни – свержение капитализма.
Я ненавидела его почти так же сильно, как пенки от молока. По телевизору постоянно говорили о злодеяниях капиталистов: они затевали войны, мучили революционеров и хотели истребить жизнь на земле. Странно, что за плохое поведение мама грозилась отдать меня милиционеру. Вот если бы она пугала меня Капиталистом… Правда, тогда бы я выросла заикой.
Читая книги серии «Малыш», я выяснила, что главного борца с капиталом звали Ленин. Он был очень умным и добрым, и потому все перед ним благоговели.
Однажды мне захотелось нарисовать нашу улицу. На рисунке имелось все, что положено: дома, деревья, солнышко и, разумеется, памятник. Как могла, я изобразила ленинский прищур и руку, протянутую к прохожим. Шедевр нужно было срочно кому-нибудь показать, и я пошла хвастаться к двоюродной сестре.
Но Оля совсем не оценила моего таланта.
– Ты